То, что пациентка выписалась, врач Святослав Богданов узнал из поста «ВКонтакте»

Для меня это был один из тех вызовов, которые заряжают на недели вперед. Дело было 21 марта, я дежурил на центральной подстанции. Около десяти утра – вызов в детский сад, «женщина 37 лет, без сознания». Сразу понятно – дело серьезное. Летим, спецсигналы включены, все уступают дорогу.

Нас встретила взволнованная воспитательница и провела в игровую. На полу лежала молодая женщина, без сознания. И самое главное – медработник садика уже проводил непрямой массаж сердца. Вот это – бесценно. Эти первые минуты – они часто решают все.

Мы сработали как один механизм: моментально обеспечили внутривенный доступ, ввели препараты, наложили электроды, провели интубацию, обеспечив проходимость дыхательных путей, подключили пациента к аппарату искусственной вентиляции легких и к аппарату для непрямого массажа сердца. А на мониторе… асистолия. Прямая линия – отсутствие сердцебиения. И мы продолжаем оказывать помощь: аппарат ИВЛ дышал за нее, компрессии грудной клетки не прекращались, препараты шли.

Я параллельно собирал анамнез: оказалось, она пришла после больничного, чувствовала себя хорошо, разговаривала и… просто упала. Внезапная остановка сердца.

И вот в какой-то момент прямая линия на мониторе вдруг перешла в фибрилляцию желудочков – хаотичные всплески. Внутри пронеслось: «Это наш шанс!». Фибрилляция – это хоть какая-то электрическая активность, её можно попытаться «перезапустить» дефибриллятором.

Беру электроды. Первый разряд – нет эффекта, фибрилляция сохраняется. Проходит две минуты активных компрессий, второй разряд – снова мимо. Бывает такое. Главное – не сбавлять темп. Третий разряд… И – успех! На экране возникает красивый синусовый ритм. Проверяю пульс на сонной артерии – он есть. Это тот самый момент невероятного облегчения и восторга, ради которого мы и работаем.

Нас здорово выручил охранник детского сада, помог донести на носилках пациентку и вещи до машины. Везли в стационар с мигалками, я непрерывно следил за монитором – ритм держался.

А самое трогательное было потом. Через время вижу в нашей группе скорой помощи «ВКонтакте» пост с благодарностью скорой. По первым строчкам понял, что речь про тот самый вызов, про нашу пациентку. Я зашел в профиль автора – им оказалась её сестра. Мы связались, и она рассказала самое главное: операция прошла успешно, женщине установили кардиостимулятор. После трёх недель в больнице её выписали домой – жить дальше свою замечательную жизнь.

На скорой я уже восьмой год, и для меня это не просто работа. Это путь, на котором я обрёл и друзей, и себя как специалиста. Такие истории дают понимание, зачем ты здесь.

«Зацепила экстренность: ты должен сделать это первым». Рассказывает медбрат-анестезист Александр Глухих

Мой самый запоминающийся случай – про мужчину лет 66. Он приехал на загрузку товара, заехал в гараж, положил голову на руль… и всё. Люди ждут, он не выходит. Подошли – не откликается. Хорошо, что вытащили из машины и начали делать непрямой массаж.

К нам поступил повод «без сознания». Приезжаем – видим картину: лежит на асфальте, а вокруг него люди, уже уставшие, но продолжающие реанимацию. Они, увидев нас, с облегчением остановились. Мы моментально включились: разложили аппаратуру, я занялся срочным обеспечением венозного доступа – это основа, чтобы вводить препараты. Коллеги продолжили компрессии.

И тут на мониторе – фибрилляция желудочков. Хороший знак в такой ситуации! Первый разряд дефибриллятором – не помогло, ритм не восстановился. Ничего, продолжаем: проводим непрямой массаж сердца, вводим лекарства. После нескольких разрядов – сердце снова забилось! Давление, конечно, низкое, но мы уже подключаем инфузомат, чтобы его стабилизировать препаратами.

Быстро доставили в кардиоцентр. Там диагноз подтвердили – инфаркт. Спустя недели его выписали. Для нас это высшая оценка: значит, тогда мы сделали всё правильно, дали ему этот шанс.

На скорой я с 2018 года. И для меня это уже второй дом. Иду на работу с улыбкой, зная, что сегодня снова буду помогать, буду нужным. Мне повезло с коллективом – здесь друг друга уважают. И от наших первых, самых быстрых и точных действий часто зависит всё. Это драйв, ответственность и огромное удовлетворение, когда видишь результат. Я нигде себя больше не вижу.

«Пульса нет, дыхания нет. Руки работают на автомате». Рассказывает медбрат-анестезист Павел Овчинников

Этот вызов был летом, ночью. Повод – «мужчина посинел, не дышит». Вылетаем мгновенно. Прибыв, заходим на кухню – на полу мужчина. Проверяем – пульса нет, дыхания нет.

Без лишних слов занимаем свои позиции. Один начинает непрерывный непрямой массаж сердца, я в это время ищу вену, чтобы обеспечить доступ – это наш главный «путь» для лекарств. Первая доза адреналина пошла практически сразу. Параллельно коллега интубирует пациента – обеспечивает проходимость дыхательных путей, подключает аппарат ИВЛ. Работа кипит, тихо, без суеты.

Подключаем его к монитору и к аппарату для автоматического массажа сердца. Это освобождает наши руки для других манипуляций. Пока мы с напарником продолжали реанимацию, врач успел поговорить с родственниками. Оказалось, наш пациент – итальянец!

На мониторе – упрямая асистолия, та самая прямая линия. Продолжаем компрессии, вводим адреналин. И вот – первая надежда: на экране появляется крупноволновая фибрилляция желудочков! Готовим дефибриллятор. Разряд! Но вместо ритма – снова асистолия. Не сдаемся. Снова компрессии, препараты. Снова фибрилляция – второй разряд. Снова асистолия. Такое бывает, это тяжелый бой. После третьей попытки дефибрилляции и введения препарата случилось долгожданное – сердце «завелось», на экране пошел ритм!

Не теряя ни секунды, не отключая аппаратуру, переносим его на носилки, затем в машину. Везли, кажется, быстрее света. В приемном отделении нас уже ждала целая команда врачей-реаниматологов. Передали пациента, вышли из больницы, и только тогда позволили себе выдохнуть. Такая усталость и такое… чувство выполненного долга.

А недавно я наткнулся на статью в новостях. Про нашего итальянца! Он выжил. Пролежал в отделении реанимации 84 дня, но выкарабкался, восстановился и готовился лететь домой, в Италию. Прочитал – и словно заново тот вызов пережил, только теперь с чувством огромной радости.

На скорой я всего чуть больше двух лет, но уже точно знаю – это мое.

Автор: Ирина Бердюгина, пресс-секретарь Станции скорой медицинской помощи Фото: автора